Священномученик Александр, пресвитер Подольский

Welcome
Username:

Password:


Remember me

[ ]
Житие священномученика Александра (Агафонникова), пресвитера Подольского

Священномученик Александр Агафонников, протоиерей
1881-1937
Память совершается 14 октября
 
     Александр Владимирович Агафонников родился 3 декабря 1881 года в селе Медяны в семье диакона Владимира Агафонникова (род. 29.05 1843г.). Мать, Мария Андреевна, (род. 30.03.1843 г.) была дочерью псаломщика Андрея Яковлевича и Пелагии Ивановны Трониных. Мария Андреевна обладала прекрасным слухом и хорошим голосом, что свидетельствует о том, что народные песни, в которых отражены нравственные воззрения и исторические предания русского народа, оказали немалое влияние на ее детей.
   Николай Михайлович Зубарев, который был крёстным отцом Александра и Василия, и впоследствии, когда Александру пришло время учиться, был отцом Николая. После того, как он был в школе, у него было всего шесть с половиной лет. Все остальные священники и мучениками за веру Христову.
     По окончании в 1903 году 5-го класса Вятской Духовной семинарии Александр Владимирович поступил учителем в Сычёвскую церковно-приходскую школу. В 1904 г. женился на дочери диакона с. Макарье Надежде Николаевне Лупцовой, которая до замужества работала учительницей. Геннадий (1913г.) - умер в детстве Сергей (1914г.), Ерминингельд (1917г.) И Николай (1922г.).
     18 июня 1904 года Александр был рукоположен в епископом Вятским и Слободским никоном в храме в селе Кырчан Нолинского уезда Вятской губернии. С 15 сентября 1904 г. состоял законоучителем Кырчанской церковно-приходской школы. 29 октября 1906 года рукоположен епископом Филаретом во священнике Тойкино Сарапульского уезда Вятской губернии. С 20 декабря 1906 г. состоял заведующим и законоучителем Кокушинской церковно-приходской школы. С 14 сентября 1907 г. состоял законоучителем Тойкинского Земского училища. 24 ноября 1907 года был переведен в храм с. Монастырщина Орловского уезда Вятской губернии.
     В 1911 году отец Александр был избран депутатом духовного собрания на съезде, а в 1913 году - депутатом окружного собрания. 18 марта 1912 года был награжден набедренником. 13 ноября 1914 года ему было поручено церковно-школьное дело.
     27 августа 1915 года отец Александра был переведен в Рождественский храм в селе Спасо-Талицы Орловского уезда и губернатора жено-мужского земского училища. Состоял действительным членом Вятского церковно-певческого общества.
     Отец Александр прекрасно владел скрипкой. Из воспоминаний его сына Ерминингельда: «Надо сказать, что папа играл на многих инструментах - на скрипке, на пианино, на гармошке и на гитаре, но самой любимой была игра на скрипке». Скрипка Страдивари, в которой играл отец Александр, сгорела при пожаре в г. Котельниче в 1926г.
     В 1917 г. Ко Дню Святой Пасхи резолюция епископа Вятского и Слободского Преквященного Никандра «за отлично-усердную службу» о. Александр был награжден должным образом, поэтому вскоре после этого был избран и утвержден в должности благочинного по округу Орловского уезда; с 1915 по 1917 год снова избитым депутатом на епархиальные съезды.
     С 1918 г. отец Александр стал служить в городе Вятке в Покровской церкви. С 19 июля 1919 г. стал служить в Троицком соборе в городе Котельниче (Вятская губ.). Дважды исполнял обязанности благочинного - с октября 1921 г. по март 1922 и в 1925 г. В 1920 г. служил в Ветеринарно-санитарном отделе, в 1921-1922гг. - заведующим учётной секции при уездном отделе труда. В ноябре 1922 г. он был выдан аттестату.
     Около 1923 г. отец Александр подвергся аресту, но через некоторое время был освобожден.
     21 декабря 1926 г. в квартире отца была найдена связь с арестом митрополита Кирилла (Смирнова). Отец Александр был допрошен в Вятгуботделе ОГПУ.
     Из материалов дела: «29 декабря 1926 г. уполномоченный I СПО СОЧ Вятгуботдела ОГПУ, рассмотрев материалы на священника гор. Котельнича Агафонникова Александра Владимировича, нашёл: ГООГПУ было известно, что священник гор. Котельнича гр-н Агафонников Александр, будучи благочинным в 1925 г. сгруппировав вокруг себя реакционный элемент из духовенства гор. Котельнича и монашек, повёл усиленную работу по укреплению в пределах уезда "старого православия" для более усиленной борьбы с т.н. группой обновленческого духовенства. Он повёл работу по организации в городе Котельниче специальной епископской кафедры, что ему и удалось. В конце 1925 г. в город Котельнич приехал епископ Флавиан, который вскоре за антисоветскую деятельность в Ижевске Коллегией ОГПУ был выслан в ссылку. Перед арестом Флавиан дал Агафонникову строгий наказ держаться за "старое", быть стойким и не бояться никаких преследований со стороны существующей власти и поручил ему нелегально исполнять должность наместника управляющего епархией. ...Исполняя нелегально административные функции епископа, Агафонников, ...собирая по 1 рублю ежемесячно с причта, ...эти деньги направлял еп. Флавиану по месту его ссылки. Все это делалось скрыто от Котельничского духовенства. Будучи реакционно настроен против Соввласти, Агафонников в церкви устраивал посвящённые "страдальцам за веру православную" молебны, на которых демонстративно произносил многолетия "страдальцам за веру православную, изгнанникам, архиепископу Павлу, епископам Виктору и Флавиану", этим самым фанатично верующую публику натравливая на существующий государственный строй. После пожара в гор. Котельниче идущие пожертвования в помощь погорельцам гор. Котельнича Агафонников употреблял вопреки желаниям населения на ремонт сгоревших церквей.
     После приезда в гор. Котельнич митрополита Кирилла, Агафонников сгруппировал вокруг него черносотенно-реакционный элемент. Способствовал агитации монашек среди верующего населения о прибытии в Котельнич "святого митрополита" и паломничеству к нему той же публики. Пытался привлечь монахинь ликвидированных монастырей для использования их среди верующей публики с целью агитации "за старое" и мобилизации мнения верующей публики в пользу лиц, осуждённых Соввластью за контрреволюционную деятельность. Указанные действия Агафонникова подтверждаются документами и материалами обыска, произведенного в его квартире 21/XII-26 года, в связи с арестом гр-на Смирнова К.И. На основании вышеизложенного ПОЛАГАЮ: священника Агафонникова арестовать с привлечением к ответственности по обвинению в преступлениях ст.61 и 187 У.К., материалы приобщить к делу N 65 по обвин. Смирнова.»
     В сочельник Рождества Христова 6 января 1927 года отец Александр Агафонников был арестован. 20 января следователь зачитал ему постановление о предъявлении обвинения, что «после ареста епископа Флавиана он возглавлял нелегально Котельничское епархиальное управление, на каковое производил денежные сборы и концентрировал их в фонд помощи антисоветскому элементу, находящемуся в ссылке. Являлся организатором денежных сборов тому же элементу. Вокруг себя сгруппировал черносотенный реакционный элемент города Котельнича, из которого намеревался организовать нелегальный сестринский кружок, ставивший своей целью содействие антисоветской деятельности проживавшего в городе Котельниче административно ссыльного митрополита Кирилла. После пожара в городе Котельниче поступающие пожертвования на погорельцев Агафонников вопреки желаниям населения расходовал на ремонт церквей и частично из них отправлял осужденному за контрреволюционную деятельность епископу».
     25 января священник был допрошен. Отвечая на вопросы следователя, отец Александр сказал: «Прошло приблизительно полгода после отъезда епископа Флавиана, когда я получил от него письмо, в котором он указывал на свое тяжёлое материальное положение. Из чувства долга и сострадания к нему я послал пятьдесят рублей, а после того, как узнал его постоянный адрес, стал посылать ежемесячно по пятьдесят рублей. Деньги, собранные на епархиальные нужды, я считаю, должны находиться в полном распоряжении епископа Флавиана, так как у нас другого епископа нет, почему и считаю просьбы его о высылке денег вполне законными. Деньги, поступившие на ремонт церкви, расходовались по прямому назначению, и все они своевременно оприходовались в приходно-расходный журнал. Митрополиту Кириллу также оказывал материальную помощь из средств епископа».
     20 марта 1927 года уполномоченный секретного отделения 6-го отдела ОГПУ Казанский, составляя окончательное заключение охарактеризовал его: «Агафонников - наиболее активный антисоветский деятель г. Котельнича, агитировавший во время Кронштадтского мятежа среди церковников о "конце власти", создатель и руководитель разных реакционных мирянских объединений, организатор помощи высланному за антисоветскую деятельность епископату, переславший за один год более 500 рублей, каковая деятельность доказана рядом показаний и имеющимися в деле обнаруженными при обыске квитанциями, решил, как он сам сказал... подслужиться к митрополиту Кириллу. Скоро он стал играть роль поверенного и секретаря Кирилла и имел для него связи с церковными деятелями гор. Москвы и другими. Кирилл и Агафонников, первый лично, второй письменно - получили сведения от черносотенной группировки церковников о назначении патриархом Кирилла. В письме Агафонникова предупреждали из Москвы держать дело как можно секретнее, так как власти могут подслушать, узнать и "предположить заговор"... Он же получил для Кирилла указание, что "ссыльные и пострадавшие за веру епископы против того, чтобы сколько-нибудь легализоваться", т.е. иначе говоря - решили продолжать вести церковную политику в антисоветском духе... Виновность Агафонникова и Смирнова - полагаю считать доказанной.»
     28 марта 1927 года Особое Совещание при Коллегии ОГПУ приговорило проходивших по одному делу митрополита Кирилла (Смирнова) и священника Александра Агафонникова по ст.58-6,58-10 УК РСФСР к трём годам ссылки в Сибирь. Ссылку отбывал в Челябинской обл., Кузнецкий р., Кузнецкстрой.
     Из книги Ерминингельда Агафонникова: «После октябрьской революции 1917 года начались преследования священнослужителей. Папу несколько раз арестовывали. Были обыски. При обысках забирали все золотые вещи, драгоценные камни и сохранить удалось очень мало, потому после ареста и ссылки папы мы оказались в тяжелейшем материальном положении. Все члены семей священнослужащих были лишены всех прав, то есть были вне закона. Им не выдавались карточки на продукты питания, это многим грозило голодной смертью. Дети изгонялись из школ. Мама работать не имела права, как жена священника. Мы существовали за счет церкви. По церковным законам того времени, если священник арестован, то его семье выплачивалось церковью, в которой он служил, ¼ доля заработка священника. Вот на это долго мы и жили.»
     В 1930 году с опозданием на 4 месяца отца Александра отпустили из ссылки с оговорками, где ему нельзя жить. Всей семьей Агафонниковы переехали в г. Вятку. Отец Александр несколько месяцев работал на лесопилке, затем устроился на службу в церкви в с. Макарье, расположенном за рекой Вятка. 24 марта 1933 г. в Епархиальный совет от него поступило прошение: "Ввиду смертельной болезни жены и невозможных условий во время весенней распутицы, а также непосильного налогового обременения дальнейшее служение моё в с. Макарье становится для меня невозможным, а поэтому прошу временно уволить меня за штат". Жена отца Александра Надежда Николаевна умерла от брюшного тифа 1 апреля 1933 г. Неизвестно, было ли удовлетворено это прошение. Младшая сестра Надежды София усыновила Сергея Александровича Агафонникова, он перестал считаться поповским сыном, ему открылись двери для учёбы, и он без задержек окончил семилетку и смог поступить в медицинский техникум.
        Осенью 1933 г. отец Александр был перемещён к Преображенскому собору г. Глазова Вятской области, однако служил там очень недолго.
     Когда срок надзора окончился, и отец Александр мог ехать куда пожелает, он воспользовался предложением своего брата, протоиерея Николая, который был благочинным, переехать в Московскую область и был назначен в Ильинскую церковь в селе Лемешово Подольского района.
14 сентября 1937 года отец Александр был арестован, заключен в тюрьму в городе Серпухове и на следующий день допрошен. На убеждения следователя признать себя виновным он ответил отказом, сказав, что виновным себя не признает. В тот же день были допрошены лжесвидетели.
     Один из них, колхозный сторож, сказал: «Агафонников в беседе со мной неоднократно выказывал свои враждебные взгляды на советскую власть, заявляя о том, что советская власть их притесняет, прижимает во всем, "вот возьми, например, меня: сидел в тюрьме, находился в ссылке, а за что советская власть высылала – ни за что, напрасно, потому что она не даёт народу свободы вероисповедания и, не считаясь с требованием верующих, высылает нас, чтобы уничтожить религию"».
     Другой свидетель, местный уроженец, рабочий и член коммунистической партии, показал: «В начале августа я шёл к церкви, где был улей с моими пчёлами. У церкви я встретился с Агафонниковым, который разговаривал с верующими. О чем он с ними беседовал до того, как я подошёл, не знаю. Агафонников, остановив меня, завёл сначала разговор о пчёлах, в дальнейшем перевёл на разговор о плохой жизни при советской власти, заявив в присутствии верующих: "С каждым днём всё тяжелее становится жить народу, доходов у крестьян стало мало, и живут они впроголодь". Я ему стал возражать и доказывать обратное, но Агафонников разговор со мной прекратил и пошёл вместе с верующими к своему дому».
     После этих «показаний» следователь снова допросил отца Александра:
     – Весной 1937 года вы в своём доме неоднократно вели контрреволюционные разговоры против советской власти с повстанческим направлением, заявляя, что рабочим и колхозникам плохо живётся, крестьянство терпит от советской власти бедствия и что это долго продолжаться не будет и окончится крестьянским восстанием. Признаете ли вы себя виновным?
     – Нет, я таких разговоров не вёл и виновность свою отрицаю.
     – Следствием установлено, что вы в августе 1937 года в группе верующих около церкви вели контрреволюционную агитацию против существующего строя и о плохой жизни при советской власти. Признаете ли вы себя виновным и будете ли вы давать правдивые показания?
     – Виновность свою я отрицаю, таких разговоров я с верующими не вёл, а если и были разговоры, то о службе на могилках.
     Ерминингельд Агафонников: «В 1937 году арестовали папу. Я до конца года ходил на улицу Матросская тишина в особое помещение узнавать о судьбе отца. Первого числа каждого месяца подаёшь заявление и первого числа следующего месяца дают ответ. Ответ каждый раз был один – данных нет.»
     10 октября 1937 года тройка НКВД по ст.58-10 ч.1 УК РСФСР (вёл активную контрреволюционную деятельность с повстанческим направлением против существующего строя) приговорила отца Александра по «групповому делу прот. Александра Агафонникова и др.» к расстрелу.
     Священник Александр Агафонников был расстрелян 14 октября 1937 года и погребён в безвестной общей могиле на полигоне Бутово под Москвой.
     9 августа 1957 г. Президиум Мособлсуда приговор тройки УНКВД отменил и уголовное дело было закрыто.
     В августе 2000 г. юбилейным Архиерейским Собором Русской Православной Церкви протоиерей Александр Агафонников был причислен к Собору новых учеников и исповедников Российских.


Икона дня




© Разработка сайта от www.seosale.ru 2010-2012. Все права защищены.